March 25th, 2011

(no subject)

утро было чудесное, солнце в окна, солнечные квадраты на стене. так хорошо. синее небо за окном. морозец вот только, да.
на завтрак наготовила всяких овощей. теперь у меня другой стиль питания будет. это мальчикам все понажростей надо было, да с гарнирчиком типа гречки или макарон. а нам с Мишей - рыбка да индейка, и овощи.

об овощах. вчера опробовала гриль в духовке. кабачки на гриле сделала. вполне себе ничего, очень даже вкусно, но надо будет еще поэкспериментировать с температурами - у меня те, что лежали посередине решетки, быстро зарумянились, а те, что по краям - почти без корочки были. но вкусно все равно.

о плите, кстати, вопрос. в плите у меня есть два режима вентиляции. может, кто подскажет, что это такое (описание на русском я нашла, но там калька с придурочного, они таймер например минутником называют в описании, я честно теряюсь). так вот, в духовке два режима вентиляции. на одном режиме нарисован знак радиации значок вентилятора закрашеный, на другом - только его контур. это вот что такое и в чем разница?..

маме звонила. у нас там в очередной раз дорогу замело. вот ведь март какой в этом году.. но трактор уже прочистил.
может, Лёнька со мной съездит в деревню.
Макс как-то странно работает, не две ночи через две, а ночь-через-ночь, и весь день спит потом и хрен знает, когда ему можно позвонить.

Пятница, хорошо...

(no subject)

ну чо, адью Батуриной, привет Ире-Поребрику?

асфальт в центре москвы заменят тротуарной плиткой.

до свидания каблуки, ролики, спокойный сон малышей в колясках.

Ирке денег надо!!

(для тех, кто не вкурил. жена Собянина владеет дорожной фирмой, у себя на родине ее звали Ира-Бордюр).

(no subject)

я в деревне. пока одна, ну т.е. с мамой. Лёнька завтра вечером приедет - я его встречу, привезу, поболтаю немножко и вернусь в Москву, дела у меня в воскресенье.
а Лёнька будет разгребать снег. Откапывать дом. Пробивать дорожки.
Потому что здесь не просто поздняя весна. Здесь зима настоящая.
Снега столько, что дорога, которая возвышалась над полями, сейчас ниже обоих полей. Ветер играет снегом и волнами переносит его с поля на поле, через дорогу, в полчаса заметая шоссе огромными неровными снежными языками. На шоссе сейчас две колеи - если будет встречная машина, придется тупо пятиться задом, разъехаться негде - две колеи в снежных туннелях. И это после того, как утром прошел грейдер и расчистил всё. А есть и чистейшие куски асфальта, где снег сметен до земли, до обочин. И там ветер, ветер, ветер, сдувает и снег, и машину.
Здесь зима. Чистое звездное небо. Ковш висит прямо над дорогой. К дому я ехала медленно-медленно в снежном туннеле, и смотрела на звезды. Остановилась и фары выключила. Красота такая - звезды как в августе, крупные, яркие, близкие.
К дому от машины ведет узенькая тропка, потому что снег некуда кидать. Ну т.е. расчистить можно, а куда кидать снег?
В сугробах все настолько, что Дуся, подходя к нашему двухметровому забору, опирается на него грудью и свешивает голову вниз. Ну т.е. не вниз, а вперед. Завтра надо будет копать траншею, откинув снег от забора, чтобы она не дай бог не перешагнула забор. А куда его откидывать, этот снег, вот ведь задача.
Я Лёньке как рассказала все это, он аж загорелся - я, говорит, хочу это видеть, завтра после работы приеду, встретишь меня? Встречу, конечно, автобусы-то редко...
А завтра утром встанем с мамой и тропочку до калитки пробьем. Чтоб за молоком сходить.
И ведь еще неделю назад все было расчищено и снег оседал, и даже стало видно сидение у качелей. А теперь опять замело.
До вешних вод тут еще долго, долго. Дооолго...
И печки топятся, и ветер в трубе воет.
И только в ящичках с рассадой упрямые помидоры, перчики и астры пробивают землю, распрямляют толстенькие скрюченные росточки, тянутся к свету, к теплу. В ящичках у окон - весна.